Текст песни Artanium - Пушкин
На этой странице находится текст песни Artanium - Пушкин, а также перевод песни и видео или клип.
|
Я Пушкин, я Пушкин. В моих руках ганста-пушки, Мои темы читают в царском селе и в сибирской избушке. Давайте же внемлите, Кавалеры и придворные дуры, Я пишу свои стихи Без лампады и цензуры. В каждом городе есть Улица пушкина, Также как в кадом доме есть Пушки-нах! Я памятник себе воздвиг Просто нереальный. Я реальный нигер С бакенбардами брутальный. У лукоморья туса, Меня там можно встретить. У вас проблемы, сударь? Попробуй за базар ответить. Нас тридцать три богатыря И дядька черножоп. За тридевять земель Найдём тебя, холоп. Я гений сумрачной свечи. Покася, смерд, и замолчи. Я помню чудное мгновенье Печенька... и печенье. Я сидел за решёткой В темнице тупой. Ко мне крался с заточкой Какой-то тупой. Туда, где синеют морские усы. Туда, где на воле пархают трусы. Я на брегах невы блестал, Под медным всадником блестал, Я вас блистал, и вас, и вас блестал, Я всех блестал, я всех вертел, Везде блестал, везде, где мог, блестал И не устал! Мороз и солнце - день чудесный, На правой булке трусель тесный. Меж сыром лимбургским-живым И ананасом золотым. Я на брегах невы блестал, Под медным всадником блестал, Я вас блистал, и вас, и вас блестал, Я всех блестал, я всех вертел, Везде блестал, везде, где мог, блестал И не устал! |
I am Pushkin, I am Pushkin.
Gangsta guns in my hands
My topics are read in the royal village and in the Siberian hut.
Let’s heed
Cavaliers and court fools,
I write my poems
Without the lampad and censorship.
Every city has
Pushkin street,
Just like in every house there is
Guns!
I erected a monument to myself
Just unreal.
I'm a real nigga
With whiskers brutal.
At the onions of the tusa,
You can meet me there.
Are you having problems, sir?
Try to answer for the bazaar.
We are thirty-three heroes
And uncle black-ass.
For distant lands
Find you, serf.
I am the genius of a gloomy candle.
Repent, stink, and shut up.
I remember a wonderful moment
A cookie ... and a cookie.
I sat behind bars
The dungeon is dumb.
Sneaked at me with sharpening
Some kind of dumb.
Where the sea mustache turns blue.
Where cowards flutter in the wild.
I shone on the shores
Shone under the brass horseman
I shone you, and you and you shone,
I shone everybody, I spit everybody
Shone everywhere, wherever he could, shone
And not tired!
Frost and sun are a wonderful day,
On the right bun, the coward is cramped.
Between the cheese of Limburg live
And the golden pineapple.
I shone on the banks
Shone under the brass horseman
I shone you, and you and you shone,
I shone everybody, I spit everybody
Shone everywhere, wherever he could, shone
And not tired!