Текст песни Денис Зиновьев - ШАХМАТЫ
На этой странице находится текст песни Денис Зиновьев - ШАХМАТЫ, а также перевод песни и видео или клип.
|
(сл. Натальи Зиновьевой) Картонный свод, залитый акварелью, в размазанных потёках облаков, сползает серою шероховатой тенью на лица увлечённых игроков. Озябла от прохлады королева, всё кутается в сигаретный дым, и молит офицер, подкравшись слева: "Не уходи, давай поговорим. Смотри, какой восторг, как пахнет вечер, как ласточка красива и быстра!" — но королева, в шаль запрятав плечи: "Пустое; акварель, картон — игра. Уснул мой конь. А мне вот всё тревожно. Который день печальный дождь идёт. А это небо просто невозможно и ласточкин отчаянен полёт: Она как ножницами вырезает тучи — ненастоящая, рисованная жизнь. И капли так намеренно тягучи и неестественны в размазанной тиши. Какой-нибудь ребёнок неумело на холст кладёт гигантские мазки," — расчувствовавшись, плачет королева. Сжимаются невидимо тиски. Её берёт коварный офицерик — тот, что шептал про вечер и восторг, и королева гибнет без истерик — как шахматный предписывает долг. Пластмассово ударившись, ложится на табурет у входа на балкон. А чёрная стремительная птица по-прежнему всё вырезает фон. |
(words by Natalia Zinovieva)
A cardboard vault filled with watercolors
in smeared streams of clouds,
slides down like a gray rough shadow
on the faces of keen players.
The queen is chilled with coolness,
everything is wrapped in cigarette smoke,
and the officer begs, sneaking up on the left:
"Don't go, let's talk.
See what delight, how the evening smells,
like a swallow is beautiful and fast! "-
but the queen, hiding her shoulders in a shawl:
"Empty; watercolor, cardboard - game.
My horse fell asleep. But everything is alarming to me.
That day the sad rain is falling.
And this sky is simply impossible
and the swallow's desperate flight:
She cuts clouds like scissors -
fake, drawn life.
And the drops are so deliberately viscous
and unnatural in a smeared silence.
Some child clumsily
puts giant strokes on the canvas, "-
the queen cries deeply.
The vice is compressed invisibly.
It is taken by an insidious officer -
the one who whispered about the evening and delight,
and the queen dies without hysterics -
like chess prescribes duty.
Plastic hitting, lies down
on a stool at the entrance to the balcony.
And the black swift bird
everything still cuts out the background.