Текст песни Сергей Юрский - Борис Пастернак - Марбург
На этой странице находится текст песни Сергей Юрский - Борис Пастернак - Марбург, а также перевод песни и видео или клип.
|
Марбург Я вздрагивал. Я загорался и гас. Я трясся. Я сделал сейчас предложенье, - Но поздно, я сдрейфил, и вот мне - отказ. Как жаль ее слез! Я святого блаженней! Я вышел на площадь. Я мог быть сочтен Вторично родившимся. Каждая малость Жила и, не ставя меня ни во что, B прощальном значеньи своем подымалась. Плитняк раскалялся, и улицы лоб Был смугл, и на небо глядел исподлобья Булыжник, и ветер, как лодочник, греб По липам. И все это были подобья. Но, как бы то ни было, я избегал Их взглядов. Я не замечал их приветствий. Я знать ничего не хотел из богатств. Я вон вырывался, чтоб не разреветься. Инстинкт прирожденный, старик-подхалим, Был невыносим мне. Он крался бок о бок И думал: "ребячья зазноба. За ним, К несчастью, придется присматривать в оба". "Шагни, и еще раз", - твердил мне инстинкт, И вел меня мудро, как старый схоластик, Чрез девственный, непроходимый тростник Нагретых деревьев, сирени и страсти. "Научишься шагом, а после хоть в бег", - Твердил он, и новое солнце с зенита Смотрело, как сызнова учат ходьбе Туземца планеты на новой планиде. Одних это все ослепляло. Другим - Той тьмою казалось, что глаз хоть выколи. Копались цыплята в кустах георгин, Сверчки и стрекозы, как часики, тикали. Плыла черепица, и полдень смотрел, Не смаргивая, на кровли. А в марбурге Кто, громко свища, мастерил самострел, Кто молча готовился к троицкой ярмарке. Желтел, облака пожирая, песок. Предгрозье играло бровями кустарника. И небо спекалось, упав на кусок Кровоостанавливающей арники. В тот день всю тебя, от гребенок до ног, Как трагик в провинции драму шекспирову, Носил я с собою и знал назубок, Шатался по городу и репетировал. Когда я упал пред тобой, охватив Туман этот, лед этот, эту поверхность (как ты хороша!) - Этот вихрь духоты... О чем ты? Опомнись! Пропало. Отвергнут. Тут жил мартин лютер. Там - братья гримм. Когтистые крыши. Деревья. Надгробья. И все это помнит и тянется к ним. Все - живо. И все это тоже - подобья. Нет, я не пойду туда завтра. Отказ - Полнее прощанья. Bсе ясно. Мы квиты. Вокзальная сутолока не про нас. Что будет со мною, старинные плиты? Повсюду портпледы разложит туман, И в обе оконницы вставят по месяцу. Тоска пассажиркой скользнет по томам И с книжкою на оттоманке поместится. Чего же я трушу? Bедь я, как грамматику, Бессонницу знаю. У нас с ней союз. Зачем же я, словно прихода лунатика, Явления мыслей привычных боюсь? Ведь ночи играть садятся в шахматы Со мной на лунном паркетном полу, Акацией пахнет, и окна распахнуты, И страсть, как свидетель, седеет в углу. И тополь - король. Я играю с бессонницей. И ферзь - соловей. Я тянусь к соловью. И ночь побеждает, фигуры сторонятся, Я белое утро в лицо узнаю. Смотрите также: |
Marburg
I winced . I light up and went out.
I was shaking . I did now bid -
But later, I chickened out , and that's me - denial.
What a pity for her tears ! I am Blessed !
I went to the square . I could be considered
Secondary born . each little
Lived and not putting me in anything ,
B farewell its value was rising .
Flagstone glowed , and the streets forehead
Was dark, and the sky looked askance
Cobblestone , and the wind , as the boatman rowed
By lindens . Still, it was similar.
But , be that as it may , I avoided
Their views. I did not notice their greetings.
I did not want to know anything of the wealth.
I was pulled out , so as not to cry .
Born instinct , man - sycophant
Was unbearable to me. He snuck up side by side
And I thought : " childish sweetheart . Behind him,
Unfortunately , it is necessary to look at both . "
" Step into , and again," - telling me instinct
And led me wisely , as the old scholastic ,
Through virgin , impenetrable cane
Heated trees , lilacs and passion.
" teach step , and even after running in " -
He repeated , and the new sun with zenith
Looked as taught anew walking
A native of the planet on a new Planida .
Some are all blinded . other -
That darkness seemed that the eye though vykoli .
Chickens digging in the bushes dahlia
Crickets and dragonflies , as a watch ticked .
Floating tiles, noon and watched
Not blinking back on the roof. And in Marburg
Who loudly fistula , master blaster ,
Who silently preparing for Trinity Fair.
Yellower , devouring clouds and sand.
Predgroze played eyebrows bush.
And the sky is sintered , falling on a piece of
Hemostatic arnica .
On that day, all of you , from combs to toe,
How tragic drama of Shakespeare in the province ,
I wore with him and knew by heart ,
Roamed the city and rehearsed .
When I fell in front of you , covering
This fog , this ice , this surface
( as you're good !) - This vortex stuffiness ...
What do you mean ? Come to your senses ! Lost. Rejected.
Martin Luther lived here . There - the Brothers Grimm.
Clawed roof. Trees . Gravestones .
And it remembers and stretches them .
All - alive. And all this, too - similarity.
No, I will not go there tomorrow . Disclaimer -
Fuller farewell . All clear. We 're even.
Vokzal'naya hustle is not about us .
What will happen to me , old plates?
Overall holdall decompose fog
And put them in both the window-sill for a month .
Longing to glide a passenger volumes
And with a book on the ottoman fit .
What am I scared ? Bed I like grammar,
Insomnia know. We have an alliance with it .
Why did I like joining sleepwalker
Phenomenon familiar thoughts afraid ?
After a night playing chess sit
With me on the lunar parquet floor ,
Acacia smells , and the windows open,
And the passion , as a witness, turns gray in the corner.
And poplar - king. I play with insomnia.
And Queen - nightingale . I am drawn to the nightingale .
And the night wins figure shunned
White morning I know in the face .