Текст песни М. Шифутинский - Про Изю Шнеерсона
На этой странице находится текст песни М. Шифутинский - Про Изю Шнеерсона, а также перевод песни и видео или клип.
|
Курчавый Изя по прозванию Брунет, Побочный сын портного дяди Бори, Таких в природе больше не было и нет, На зуб клянусь, век не видать мне воли! Любитель женщин и знаток французских вин, Блюститель уркаганского закона, Он был прекрасен, как Иисус Наввин, А в картах смыслил больше Соломона. ПРИПЕВ: Не кабаки, не карты, не зона - Любовь сгубила Изю Шмеерзона. Он не увидит солнышка апрельского: Любовь сгубила мальчика еврейского. Его ценили и каталы, и воры, В нем был кураж и барская осанка. Курчавый Изя дня не прожил без игры: Он шпилил в стос, как в шашки Капабланка. Но как-то Изя оказался на мели: Не перла масть ему; и жестом или знаком Свою шикарную подружку Натали В отчаянии Брунет поставил на кон. ПРИПЕВ: Но в этот вечер карты Изю подвели: Он все вкатил влиятельному вору, И, вся в слезах, его красотка Натали Ушла с другим, согласно договору. С улыбкой Изя удалился на балкон, И грянул выстрел, словно залп Авроры… Погибнул наш Брунет - но, слава Богу, он Своею кровью не забрызгал шторы. |
Curled Izzy surnamed Brunet,
Natural son of a tailor uncle Bori,
Such a nature no more and no
On the tooth swear century will not see me!
Lover of women and a connoisseur of French wines,
Urkaganskogo guardian of the law,
It was beautiful, like Jesus Navvin,
And in the sense of large maps of Solomon.
CHORUS:
No pubs, no card, no area -
Love ruined Izya Shmeerzona.
He will not see the sun in April:
Love ruined Jewish boy.
He was appreciated and Katale, and thieves,
It was the courage and lordly posture.
Curled Izzy day not live without the game:
He spire in CTOC as checkers Capablanca.
But somehow Izzy was on the rocks:
Pearl does not suit him; and a gesture or a sign
His gorgeous girlfriend Natalie
In desperation, Brunet staked.
CHORUS:
But this evening card Izya summarized:
He wheeled influential thief
And, in tears, his babe Natalie
Gone with the other, according to the contract.
With a smile Izzy went to the balcony,
And a shot rang out like a volley of Aurora ...
Perished our Brunet - but, thank God, he
His blood splattered no curtains.