Текст песни Любава Трофимова - Леденящие стены
На этой странице находится текст песни Любава Трофимова - Леденящие стены, а также перевод песни и видео или клип.
|
Леденящие стены. Спят в одежде. Каждый шорох слышнее гула. Она в нём кажется утонула. Её ведут конвоиры В камеру, где их сорок четыре. Мир сузился до мороза по коже, но сознание шире. Страх до самого нутра охватит. Двухэтажные металлические кровати. Скрипят ржавчиной, скрежет достаёт До самого исступления, выкручивает до дна. Застилает глаза слезами, и вот падает одна На пол, куда её и швыряют как конченую собаку. И нет сил ввязаться в драку. От боли всхлипнет, кажется сломана ключица, Она смотрит на них, и туман сквозь ресницы. У зверей бывают человечьи лица. «Не плачь, девочка, ты же сильная, знай, Я рядом, когда кажется, что уже край. Всё только начинается. Ломаное не ломается. Убитое не убивается». Она думает, что Господь с ней говорит, Он сейчас не спит и громко молчит... Ей на ухо шепчет о ветрах, полях, Одуванчики в волосах, И стирает страх Перед завтрашним днём всё сплошным ненастьем, Ссадины, подтеки от наручников на запястьях. В этой власти Стен четырёх без вины виноватые, У кого провожатые всхлипывают поначалу, А потом уходят чужими кораблями с причала. «Ты не плачь, детка, все будет хорошо я узнавала», - Шепчет женщина с соседней шконки. А ей так хочется подложить картонки Под матрас, чтоб не спать на железных прутьях. Мысленно об стену бьёшься на перепутье, И вспять не вернуть Время, когда подставляли, Их души заживо умирали, Но не хоронили, они дальше жили, Но прогнили. Разговаривают о мёртвом как о живом, Превращая в её новый дом Четыре стены, вросшие внутрь души, Где боль стало самим естеством. Мы грешим. Да, Господи, все мы не святые. Под дождём проливным не горят мосты, Где у каждой в глазах, где не глянь кресты Их предавших, когда-то зонтом укрывавших. И теперь этот путь по окружной под конвои, Где еда как помои. Она думает: «Боже, я хоть чего-то стою?» Где с пеной у рта медицинской помощи добиваешься, А потом от неё же в саму немощь превращаешься. И ты ждёшь, все ждёшь письма от родных, И посылки, где меняют содержание их, Кормя остатки своих душ пустых. Она читает Евангелие, Библию всуе, И вообще всё, что давно интересует. Что развивало бы душу, но время сжирает, Проблемы мегаполиса шрамами оставляет. Где проблемы все сужаются до одной, Как скорее выйти отсюда домой. Где ей снится умершая в восемь лет мать, Что по камере будет шагать. Остановится посередине. Её материнское сердце Откроет камеры дверцу, Силой мысли прогнившую от петель. «Тебя выпустят, милая, дождись апрель». А отец, что кричал ей: «Ты мне больше не дочь» Обнимает как в детстве её точь в точь. Как когда-то в детстве точь в точь. |
Chilling walls.They sleep in their clothes.
Every rustle is more audible than a hum.
She seems to have drowned in it.
She is led by guards
To the cell where there are forty-four of them.
The world has narrowed to a chill on the skin, but the consciousness is wider.
Fear will cover you to your very core.
Double-decker metal beds.
They creak with rust, the rattle gets to you
Until the very frenzy, twists to the bottom.
She blurs her eyes with tears, and then she falls alone
On the floor, where they throw her like a dead dog.
And I don’t have the strength to get into a fight.
He's sobbing in pain, it looks like his collarbone is broken,
She looks at them, and there is fog through her eyelashes.
Animals have human faces.
“Don’t cry, girl, you’re strong, know
I'm there when it seems like it's over.
Everything is just beginning.
Broken things don't break.
What is killed is not killed.”
She thinks the Lord is talking to her
He is not sleeping now and is loudly silent...
Whispers in her ear about winds, fields,
Dandelions in hair
And erases fear
Before tomorrow everything is completely bad weather,
Abrasions, stains from handcuffs on the wrists.
In this power
Guilty walls of four without guilt,
Whose companions sob at first,
And then they leave the pier in other people's ships.
“Don’t cry, baby, everything will be fine, I found out,”
A woman whispers from the next bunk.
And she really wants to put cardboard
Under the mattress, so as not to sleep on iron bars.
Mentally you hit the wall at a crossroads,
And there's no going back
The time when they framed
Their souls died alive
But they didn’t bury them, they lived on,
But they are rotten.
They talk about the dead as if they were alive,
Turning it into her new home
Four walls that have grown inside the soul,
Where pain became nature itself.We sin.
Yes, Lord, we are not all saints.
Bridges don't burn in the pouring rain,
Where in everyone's eyes, wherever you look, there are crosses
Those who betrayed them, who once covered them with an umbrella.
And now this circuitous path is under convoys,
Where the food is like slop.
She thinks: “God, am I even worth anything?”
Where you seek medical help foaming at the mouth,
And then it turns you into weakness itself.
And you are waiting, still waiting for a letter from your family,
And parcels where their contents are changed,
Feeding the remnants of their empty souls.
She reads the Gospel, the Bible in vain,
And in general, everything that has been of interest for a long time.
What would develop the soul, but time devours,
The problems of the metropolis leave scars.
Where the problems all narrow down to one,
How to get home from here as quickly as possible.
Where she dreams of her mother who died at eight years old,
What will walk around the camera?
Stops in the middle.Her mother's heart
He will open the camera door,
The power of thought, rotten from the hinges.
“They’ll let you out, honey, wait until April.”
And the father who shouted to her: “You are no longer my daughter”
He hugs her exactly like when he was a child.
Just like when I was a child, exactly the same.