Текст песни Иосиф Бродский читает Михаил Казаков - Пророчество
На этой странице находится текст песни Иосиф Бродский читает Михаил Казаков - Пророчество, а также перевод песни и видео или клип.
|
Мы будем жить с тобой на берегу, отгородившись высоченной дамбой от континента, в небольшом кругу, сооруженном самодельной лампой. Мы будем в карты воевать с тобой и слушать, как безумствует прибой, покашливать, вздыхая неприметно, при слишком сильных дуновеньях ветра. Я буду стар, а ты -- ты молода. Но выйдет так, как учат пионеры, что счет пойдет на дни -- не на года, -- оставшиеся нам до новой эры. В Голландии своей наоборот мы разведем с тобою огород и будем устриц жарить за порогом и солнечным питаться осьминогом. Пускай шумит над огурцами дождь, мы загорим с тобой по-эскимосски, и с нежностью ты пальцем проведешь по девственной, нетронутой полоске. Я на ключицу в зеркало взгляну и обнаружу за спиной волну и старый гейгер в оловянной рамке на выцветшей и пропотевшей лямке. Придет зима, безжалостно крутя осоку нашей кровли деревянной. И если мы произведем дитя, то назовем Андреем или Анной. Чтоб, к сморщенному личику привит, не позабыт был русский алфавит, чей первый звук от выдоха продлится и, стало быть, в грядущем утвердится. Мы будем в карты воевать, и вот нас вместе с козырями отнесет от берега извилистость отлива. И наш ребенок будет молчаливо смотреть, не понимая ничего, как мотылек колотится о лампу, когда настанет время для него обратно перебраться через дамбу. |
We will live with you on the shore,
fenced off tall dam
from the continent , in a small circle,
erected a makeshift lamp.
We will fight to the card with you
and listen to the mad surf
coughing , sighing imperceptibly ,
if too strong whiff of wind.
I will be old , and you - you're young .
But as soon as taught by the pioneers
that the bill would go for days - not years -
left us to a new era.
In the Netherlands, its vice versa
we dissolve the garden with you
oysters and will fry the threshold
and sunny eat octopus.
Let the rain noise on cucumbers ,
We light up with you on the Eskimo ,
and tenderly finger you spend
on virgin , untouched strip.
I collarbone on a look in the mirror
and found behind a wave
Geiger and old tin box
faded and sweaty on the strap .
Winter comes, cruelly twisting
sedge our wooden roof .
And if we make a little child,
then we call Andrew or Anna.
That , to wrinkled face vaccinated
was not forgotten Russian alphabet
whose first sound from the last exhalation
and , therefore, be established in the future .
We will fight to the card , and here
We will carry with trumps
from the shore tide tortuosity .
And our child will be tacitly
look , not understanding anything ,
beating like a moth on a lamp ,
when the time comes for him
back to cross the dam.