Текст песни Б. Л. Пастернак - Марбург
На этой странице находится текст песни Б. Л. Пастернак - Марбург, а также перевод песни и видео или клип.
|
Я вздрагивал. Я загорался и гас. Я трясся. Я сделал сейчас предложенье,- Но поздно, я сдрейфил, и вот мне - отказ. Как жаль ее слез! Я святого блаженней. Я вышел на площадь. Я мог быть сочтен Вторично родившимся. Каждая малость Жила и, не ставя меня ни во что, B прощальном значеньи своем подымалась. Плитняк раскалялся, и улицы лоб Был смугл, и на небо глядел исподлобья Булыжник, и ветер, как лодочник, греб По лицам. И все это были подобья. Но, как бы то ни было, я избегал Их взглядов. Я не замечал их приветствий. Я знать ничего не хотел из богатств. Я вон вырывался, чтоб не разреветься. Инстинкт прирожденный, старик-подхалим, Был невыносим мне. Он крался бок о бок И думал: "Ребячья зазноба. За ним, К несчастью, придется присматривать в оба". "Шагни, и еще раз",- твердил мне инстинкт, И вел меня мудро, как старый схоластик, Чрез девственный, непроходимый тростник Нагретых деревьев, сирени и страсти. "Научишься шагом, а после хоть в бег",- Твердил он, и новое солнце с зенита Смотрело, как сызнова учат ходьбе Туземца планеты на новой планиде. Одних это все ослепляло. Другим - Той тьмою казалось, что глаз хоть выколи. Копались цыплята в кустах георгин, Сверчки и стрекозы, как часики, тикали. Плыла черепица, и полдень смотрел, Не смаргивая, на кровли. А в Марбурге Кто, громко свища, мастерил самострел, Кто молча готовился к Троицкой ярмарке. Желтел, облака пожирая, песок. Предгрозье играло бровями кустарника. И небо спекалось, упав на кусок Кровоостанавливающей арники. В тот день всю тебя, от гребенок до ног, Как трагик в провинции драму Шекспирову, Носил я с собою и знал назубок, Шатался по городу и репетировал. Когда я упал пред тобой, охватив Туман этот, лед этот, эту поверхность (Как ты хороша!)- этот вихрь духоты - О чем ты? Опомнись! Пропало. Отвергнут. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Тут жил Мартин Лютер. Там - братья Гримм. Когтистые крыши. Деревья. Надгробья. И все это помнит и тянется к ним. Все - живо. И все это тоже - подобья. О, нити любви! Улови, перейми. Но как ты громаден, обезьяний, Когда над надмирными жизни дверьми, Как равный, читаешь свое описанье! Когда-то под рыцарским этим гнездом Чума полыхала. А нынешний жуел - Насупленный лязг и полет поездов Из жарко, как ульи, курящихся дупел. Нет, я не пойду туда завтра. Отказ - Полнее прощанья. Bсе ясно. Мы квиты. Да и оторвусь ли от газа, от касс,- Что будет со мною, старинные плиты? Повсюду портпледы разложит туман, И в обе оконницы вставят по месяцу. Тоска пассажиркой скользнет по томам И с книжкою на оттоманке поместится. Чего же я трушу? Bедь я, как грамматику, Бессонницу знаю. Стрясется - спасут. Рассудок? Но он - как луна для лунатика. Мы в дружбе, но я не его сосуд. Ведь ночи играть садятся в шахматы Со мной на лунном паркетном полу, Акацией пахнет, и окна распахнуты, И страсть, как свидетель, седеет в углу. И тополь - король. Я играю с бессонницей. И ферзь - соловей. Я тянусь к соловью. И ночь побеждает, фигуры сторонятся, Я белое утро в лицо узнаю. |
I winced . I sunbathe and Gus.
I was shaking . I made a proposal now -
But later, I chickened out , and that's me - the refusal .
What a pity her tears! I'm a saint 's Cathedral.
I went to the square . I could be considered
Secondary born . each little
Lived and do not put me in anything ,
B farewell its value was rising .
Limestone glowed , and street forehead
Was dark, and the sky looked askance
Cobblestone , and the wind , as the boatman rowed
By individuals. And they were all similar.
But be that as it may, I avoided
Their views. I did not notice their greetings.
I know of nothing like wealth.
I was pulled out , so as not to cry .
Instinct born , man - sycophant
Was unbearable to me . He snuck up side by side
And I thought : & quot; childish sweetheart . Behind him ,
Unfortunately , it is necessary to look at both & quot ;.
& quot; Take a step , and again & quot;, - telling me instinct
And guided me wisely , as the old scholasticism
Through virginity, impenetrable cane
Heat the trees , lilacs and passion.
& quot; You'll learn step , and even after running in & quot;, -
He repeated , and the new sun with zenith
Watched over again teach walking
The natives of the planet on a new Planida .
Some are all blinded . another -
That darkness seemed that the eye though vykoli .
Chicks dig in the bush dahlias,
Crickets and dragonflies as clock ticked .
Floating roof tiles, and noon watched
Not blinking back on the roof. And in Marburg
Who loudly fistula , master blaster ,
Who silently preparing for Trinity Fair.
Yellowing , clouds devouring sand .
Predgroze played eyebrows bush.
And the sky is sintered , dropping a piece
Hemostatic arnica .
On that day, all of you , from combs to toe,
How tragedian Shakespeare's drama in the province ,
I wore with him and knew by heart ,
Wandering the city and rehearsed .
When I fell in front of you , covering
Fog this , this ice , this surface
( As you well!) - This vortex stuffiness -
What are you ? Come to your senses ! Propane. Rejected.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Martin Luther lived here . There - the brothers Grimm.
Clawed roof. Trees . Gravestones .
And all it remembers and stretches them .
All - alive. And all this , too - similarity.
Oh, the thread of love! Catches Pereyma .
But how do you enormous , monkey ,
When transcendence over the life of doors
As equal , read my description !
Once a chivalrous this socket
The plague was raging . And the current zhuel -
Frowning clang and flying trains
From hot as hives , smoking hollows .
No, I 'll go there tomorrow. Disclaimer -
Fuller farewell. Show all clear. We 're even.
And whether from Tear gas from banks -
What will be with me , old plates ?
Everywhere holdall decompose fog
And in both standing on the window-sill month.
Tosca glide on the passenger volumes
And with a book on the ottoman fit .
What do I coward ? Bed I like grammar,
Insomnia know. Stryasetsya - save .
Reason ? But he - like the moon for a sleepwalker .
We are in the friendship , but I'm not his vessel .
After a night playing chess sit
With me on the parquet floor of the moon ,
Acacia smells , and the windows open,
And passion , as a witness, sedeet in the corner.
And poplars - King . I play with insomnia.
And the queen - the nightingale . I am drawn to the nightingale .
And the night wins figures eschew ,
I am a white person in the morning to find out.