Текст песни Руга - Муза
На этой странице находится текст песни Руга - Муза, а также перевод песни и видео или клип.
|
Поэзии в жизни нет Все это лишь обман Самолюбивое желание стать выше А выше нас в горах баран Хотя наедине с собою говорим мы тише Или молчим совсем мы, чтобы не оглохнуть Как будто бы естественно смотримся в себя Самозабвенно врём мы Чтоб мне сдохнуть! Или прошепчем вдруг мы Я люблю тебя Но это все мгновенья, может детство… А может гормоны взыграли кровь? И вот опять мы ищем средство Поднять загадочную бровь Чтобы потешить самолюбие Мы нищему копейку отдадим Ну ладно, тише, не ругайтесь, благородие Пусть по себе сужу Но я то не один! И нищий не один скучает Когда блаженства ищем мы Пишем стихи, стоим на сцене – Посмотрите, как я в лени Чуть посветлее наше детство Там мы естественней, как нищие причем И с чистой гордостью, что с совестью в соседстве Еще не разграничено течет Ну а теперь разврат желаний! И мир куда-то разобщен И каждый первый с головой лощеной И с надписью в дверях Вход воспрещен И правду слушаем и говорим для удовольствия Иль вдохновение когда нас посетит Причем сгущаем краски очень густо Чтобы почувствовать, что в нас не пусто… Ну ладно, все Уж муза не летит |
There is no poetry in life; it is all but a lie—
A self-serving desire to rise above.
Yet higher than us, up in the mountains, stands a ram;
Though when alone with ourselves, we speak in softer tones.
Or perhaps we fall silent altogether, lest we go deaf;
As if it were the most natural thing, we gaze inward.
We lie with utter abandon—may I drop dead!—
Or suddenly whisper: "I love you."
But these are merely fleeting moments—perhaps childhood...
Or perhaps it is just hormones stirring in the blood?
And so, once again, we seek a means
To raise a mysterious, knowing eyebrow;
To gratify our vanity,
We toss a penny to a beggar.
Alright, quiet now—no cursing, Your Honor!
Perhaps I judge others by myself... but surely I am not alone!
And the beggar is not the only one who feels lonely
While we go searching for bliss;
We write verses, we stand upon the stage—
"Look at me," we seem to say, "in my languid grace!"
Our childhood was perhaps a shade brighter;
There, we were more natural—much like beggars, in fact—
Possessing a pure pride that dwelt side-by-side with conscience,
Still flowing together, undivided and undifferentiated.
But now—the debauchery of desires!
And the world seems somehow fractured and disjointed;
And every single person, with their slicked-back hair,
Wears a sign upon their door: "Entry Forbidden."
We listen to the truth—and speak it, too—solely for our own pleasure,
Or whenever inspiration happens to pay us a visit;
And when it does, we lay the colors on thick—oh, so thick—
Just to feel that we are not hollow inside...
Alright, that’s enough. My Muse has taken flight.